Светлана работала в цветочном магазине на углу Советской и Пролетарской. Её дни проходили в общении с покупателями, составлении букетов и уходе за цветами. Каждый раз, смотря в окно, она мечтала о весне, несмотря на холод и серость. Деревья уже набухли почками, что приносило ей небольшое обновление в серых буднях.
Вечером, возвращаясь домой, Светлана первым делом заглядывала в холодильник. Обычно там стояли кастрюли, полные еды на несколько дней. Однако к моменту её возвращения они были уже пустыми, словно кто-то несправедливо опустошил их.
Геннадий, её муж, всегда сидел в комнате, уставившись в экран телевизора. Увидев её, он наклонял голову, словно готовился к объяснению.
— Ты вернулась? Я только что поужинал, извини, — произнес он с видимой иронией. — Стресс меня мучает, вот и ем.
Запасы еды, которые Светлана готовила на три дня, исчезли в одно мгновение. Она чувствовала себя беспомощной и недоумевала, почему Геннадий, который уже три месяца без работы, не в состоянии остановиться.
Тем временем его сестра Зоя часто звонила и задавала одни и те же вопросы:
- — Света, ты кормишь мужа? Он говорит, что голодный.
- — Готовь больше, он переживает из-за работы.
Каждый её звонок вызывал у Светланы всё большее раздражение. Она не могла накормить мужчину, который сжирал все её culinary усилия.
Однажды женщина решила предпринять хитрость: оставила порцию рагу для обеда, пряча её от мужа. Но, как всегда, Геннадий нашел её и снова опустошил контейнер.
Когда Зоя пришла в гости и увидела ситуацию, она решила вмешаться. Она готовила котлеты и оставила их на столе. Однако, когда она вышла из душа, ей осталось только наблюдать, как Геннадий с наслаждением доедает всё.
Разочарованная, Зоя снова покинула квартиру. Светлана, на пороге отчаяния, решает изменить ситуацию. Она заявляет Геннадию, что будет готовить только для себя, оставляя его «на дошираке и галетах».
Не желая оставаться голодным, Геннадий нашел новую работу на заводе, где ему предлагали полноценные обеды. Светлана смогла вернуться к прежнему ритму жизни: утренние кофе и обеды в контейнерах стали её нормой.
Теперь, смотря на Геннадия, который вновь стал молчаливым зрителем телевизора, Светлана иногда искренне улыбалась, вспоминая, как всё начиналось. В крайнем случае, что-то в ней изменилось.
