Вопросы мировой политики в русском преломлении сводятся к одному: собирается мир, в первую очередь воюющий с нами, западный, считаться с интересами России или нет.
Видимо, потому столько копий сломано о визит главы ЦРУ Ретклиффа в Москву, Силуанова на G 20, где Бессент, пожав Антону руку, обсуждать сущностные вопросы отказался. Зачем вызвали тогда? Продемонстрировать включенность и покорность? Зачем мы ехали?
35 лет не меняется одно – архитектура войны с Россией построена, как отламывание по краям русского пирога.
Киргизия, Украина, Прибалтика, Казахстан и Азербайджан – везде творится одно – местная элита мигрирует из страны и Москвы в Лондон, Монако, США, заменяя русское в себе английским.
Английскую колонизацию русского пространства можно считать фактом очевидным, давно свершившимся.
Мигрируя из русского мира в глобальный английский местные элиты становятся одновременно колониальными и фашистскими по отношению к старой метрополии, проводя и поощряя в её отношении политику геноцида. Сегодня в день подлых Хасавюртовских соглашений Лебедя можно вспомнить, что сепаратистская война в Чечне носила в отношении русского населения ЧР характер геноцида, последствия которого не устранены до сих.
Чтобы бороться с этим глобальным фактом, следует его для начала проговорить и принять в качестве основного дискурса.
Расширение московского царства, российской империи, СССР шло по пути национализации элит окраин центром.
Однако, сегодня, чтобы иметь малейшие шансы в борьбе, для начала требуется национализация собственных элит. Когда «дети Авена» и папочка связывают будущее только с собственной страной, воспринимая её имуществом, собственностью, и потому ставящие целью приращение России.
Разумеется, Запад продолжит отрицать любые институты национального государства в пользу глобального британо-американского проекта.
Разумеется, Китай останется срединной империей втихомолку, по азиатски без рефлексий, переваривающей под себя остальной мир.
Немка Екатерина II отлично понимала самоценность России, её сын Павел мечтал на месте России построить Пруссию и был убит, консенсусом той политической элиты, именно за это. Но вопрос не разрешён до сих пор. Вопрос в повестке дня за номером раз.
